Разного рода шумопроизводители обычно ворчат по поводу бездействия властей, но в особенности их отличает неприязнь к действию власти. К любому действию.

Коль скоро правительство поддержало Киотский протокол, то, надо полагать, за Думой дело не станет. Не подписать нельзя по причинам сугубо политическим - на фоне визга европеоидов относительно того, что мы обижаем бедных боевиков, нам недоставало только вопля о том, что мы сдерживаем своим отказом мировой процесс очищения атмосферы. Независимо от того, насколько правы "зелёные", уверяя, что все беды климата от выбросов, трудно усомниться в том, что сокращение таковых есть всеобщее благо. Думаю, что даже и пафосные шумоделы с этим согласятся.

Сказавши "а"... Подписание протокола означает добровольное принятие на себя весьма непростых обременений. Под угрозой будущих штрафов придется от давних разговоров об энергосбережении подступиться к нему реально, что практически означает многое. Необходимо будет отправить на свалку миллионы автомобилей и автобусов, не отвечающих экологическим стандартам, что не вызовет восторга. Придется остановить великое множество заводов, единственный raison d'etre которых состоит в том, чтобы отапливать микрорайоны и давать социальное убежище некоторому числу людей, которые иначе потеряли бы статус наемных работников - с оплатой или без оплаты. Отсутствие восторга граждан гарантировано. Инвесторы, как родимые, так и залетные, утратят возможность трактовать территорию России как дикое поле, что одних вынудит со вздохом пересчитать прибыли в сторону уменьшения, а других - отказаться от планов вообще.

В перспективе дальней это, по-видимому, хорошо, но в перспективе ближайшей никак не упростит задачу удвоения чего бы то ни было, так что господин Илларионов не так уж не прав, говоря на заседании правительства о тяжкой вынужденности решения.

Протокол протоколом, но есть ещё и другие дела вроде острой необходимости навести некую прозрачность на технологию субсидирования деятельности на территориях, так как этот перпетуум-мобиле, работающий не без выгоды для администраций разного уровня, способен, как доказано практикой, перемолоть суммы любой величины.

Тут вот, к примеру, выяснилось: были расписаны небольшие деньги в скромном бюджете усопшего Минкульта на поддержку программы "Культурная столица Поволжья" этого года. Точно были - есть свидетели. Министерство теперь другое, люди в нем другие, и в процессе перестановки столов денежки куда-то исчезли, и концов настолько никак не найти, что попытки докопаться обошлись бы бюджету ещё дороже, и искать не будут.

Есть такая штука, как давление исторического времени. Оно, как известно, расплющило немало империй и их осколков тоже. Сейчас Россия испытывает его гнет сильнее, чем ей когда-либо доводилось в послепетровскую эпоху, хотя очень многие не хотят это осознать всерьёз. Совпадение ускоренного старения населения с острым превышением смертности над рождаемостью в нашем случае пришлось на период, когда все хозяйство России отстало от Запада на целую ступень цивилизационной лестницы. Впрочем, это только так говорится "все", тогда как в той действительности, что дана нам в ощущениях, пестрота карты российской жизни продолжает нарастать вопреки малопродуктивным попыткам осуществить так называемое выравнивание жизненных условий между территориями. К тому же само это "выравнивание" производится в ситуации, не только сложившейся, но и слежавшейся в последние годы: к тому, что деликатно именуется административной рентой, прибавилось прямое сращение власти и бизнеса в регионах.

Разбираюсь с делами сибирского городка, в котором пытаются удержаться 25 тысяч человек, а по всем расчетам там никак нельзя сохранить более двенадцати. Нельзя-то нельзя, а убедить кандидатов на должности мэра и членов городского собрания в том, что развитие не обязательно означает рост, а может означать сжатие и реструктуризацию, что мечтания об инвестициях не имеют опоры в реальности, будет сложновато.

Дело не в том, что кому-то очень хочется "закрывать" иные малые, да и не очень малые города, а в том, что одни из них стало слишком накладно удерживать на плаву, а на другие через десяток лет недостанет людей. И не в том, что кто-то по злокозненности хочет лишить обитателей дальней деревни хорошей дороги, а в том, что вести туда хорошую дорогу нецелесообразно. И не в том, что кто-то жаждет во что бы то ни стало сократить число субъектов федерации, а в том, что немалая их часть, увы, доказанно нежизнеспособна.

Факты - вещь не только упрямая, но обычно не слишком приятная.

Сказавши "б"... Подумайте, пожалуйста, ну можно ли в самом деле хотя бы только пытаться осуществить жизненно необходимые действия, которые у нас принято нежно именовать "непопулярными", в системе регионального управления, рассчитанной на популярность искателей выборных должностей?