«РЭО»: Вячеслав Леонидович, в последнее время часто можно услышать высказывание о том, что возрастающая сложность окружающего мира, повышение требований к системам управления разворачиваются на фоне падения качества отечественного человеческого ресурса. Согласны ли Вы с этим утверждением?

Глазычев В.Л.: К сожалению, должен согласиться, хотя полагаю, что речь идет, скорее, о снижении качества относительно ускорившегося мира ключевых стран, чем о падении абсолютном. Дело в том, что иллюзий относительно советской системы образования я отнюдь не разделяю. Она была вполне приемлемой для эпохи «лопата + фрезерный станок», но никоим образом не являлась основой качественного развития. Островок, вроде Физтеха, и был именно островком в силу особого режима атомного проекта, во многом импортированным явочным порядком. Есть драма средней школы, все еще настроенной на упаковку «информации» в бедную голову школьника. И есть драма высшей школы, безнадежно застрявшей в гумбольдтовой модели и, к тому же, в 1990-е годы резко усилившей отрицательный подбор педагогических сил (к тому же при психологической трудности выкинуть на грошовую пенсию ослабевших стариков). При этом не нужно впадать в иллюзию относительно западной школы – она ослабевает под давлением коммерческого интереса, однако в результате у неё есть относительный выигрыш за счет возможности отбора сильнейших из сильнейших, включая и импорт последних.

«РЭО»: Если рассматривать государство как заказчика на выпуск людей, обладающих конкретными знаниями, то какие специальности, по Вашему мнению, будут востребованы Россией в ближайшие 20 лет?

Глазычев В.Л.: Установка эта, с моей точки зрения, совершенно порочная – планировать выпуск под конкретные знания все более бессмысленно. Пытаться планировать можно под известные компетенции, включая способность самостоятельно усваивать знания и, в первую очередь, умения. Понятие «специальность», вынесенное в диплом, абсурдно дважды. Один раз потому, что в большинстве случаев учат по шаблонам многолетней давности, и в ходе деятельности происходит некоторая специализация. Другой раз по той причине, что в течение жизни человек может менять и совмещать множество специализаций.

Я, скажем, категорически не в состоянии определить свою специальность. По диплому (и некоторым умениям) архитектор, по кандидатской диссертации – социолог, по докторской – культуролог, по литературной работе – скорее, историк проектной деятельности, по статьям и выступлениям на ТВ – публицист, по технологии зарабатывания на жизнь – консультант, по общественной деятельности – едва ли не политик…

«РЭО»: Какими качествами, знаниями и умениями должен обладать человек «мейнстрима»? Что потребуется россиянину для того, чтобы оказаться востребованным в нашем обществе?

Глазычев В.Л.: Собственно, в ответе на предшествующий вопрос я вижу отчасти и ответ на последний. За одним исключением: характер востребованности – штука сложная и переменчивая. В сегодняшнем состоянии российского общества по факту востребован предельный конформизм, сдобренный азартом потребления всего и сразу, тогда как по условиям, диктуемым международным контекстом, востребованы едва ли не герои, склонные к самопожертвованию ради высших целей. Конфликт между этими двумя формами востребованности велик и, скорее всего, будет нарастать, поскольку демографический спад влечет за собой неминуемый подъем заработков безотносительно к производительности труда, тогда как идея Долга, прямо скажем, не относится к кругу наиболее популярных.